Вы здесь

Статья 126 Конституции РФ

Верховный Суд Российской Федерации является высшим судебным органом по гражданским делам, разрешению экономических споров, уголовным, административным и иным делам, подсудным судам, образованным в соответствии с федеральным конституционным законом, осуществляет в предусмотренных федеральным законом процессуальных формах судебный надзор за деятельностью этих судов и дает разъяснения по вопросам судебной практики.

Комментарий к Статье 126 Конституции РФ

Конституция определяет компетенцию Верховного Суда РФ в самой общей форме. Детально его полномочия, порядок образования и деятельности должны быть установлены федеральным конституционным законом (ч. 3 ст. 128 Конституции), однако до настоящего времени такой специальный закон не принят. Лишь отдельные нормы, посвященные Верховному Суду, содержатся в Законах о судебной системе РФ (ст. 19), о военных судах и определяют его полномочия по рассмотрению дел, подсудных военным судам (ст. 9), а также устанавливает полномочия, порядок образования и деятельности Военной коллегии в составе Верховного Суда (ст. 10-12).

Основной же комплекс норм, относящийся к деятельности Верховного Суда, содержится в гл. 5 (ст. 52-68) Закона РСФСР "О судоустройстве РСФСР". Однако руководствоваться данными нормами достаточно сложно, поскольку во многих своих положениях они не согласуются с другими законодательными актами, в частности с названными федеральными конституционными законами, Законом о статусе судей, ГПК и УПК. Соответственно, уяснение смысла названного Закона РСФСР требует сопоставления его содержания с положениями других федеральных законов, относящимися не только к структуре, месту и роли Верховного Суда, но и к установлению компетенции судов общей юрисдикции, систему которых он возглавляет.

Компетенцию судов общей юрисдикции Конституция непосредственно не определяет, она лишь указывает на дела, подсудные этим судам, что подразумевает наличие федерального закона, относящего к их ведению определенные категории судебных дел. При этом соответствующий термин в его сопоставлении с устоявшимся в процессуальной науке понятийным аппаратом употребляется в данном случае в значении судебной подведомственности, определяющей разграничение компетенции между отдельными звеньями судебной власти (см. комментарий к ч. 1 ст. 47). Указание в комментируемой статье на гражданские, административные и уголовные дела, отнесенные к ведению судов общей юрисдикции, а также на полномочия Верховного Суда по осуществлению судебного надзора за деятельностью этих судов и даче разъяснений по вопросам судебной практики, предопределяет структуру данного высшего судебного органа.

Так, в составе Верховного Суда имеются Судебная коллегия по гражданским делам, Судебная коллегия по уголовным делам и Военная коллегия. В пределах своих полномочий названные коллегии рассматривают дела в качестве суда первой инстанции, в кассационном порядке, в порядке надзора и по вновь открывшимся обстоятельствам. При этом само название двух первых судебных коллегий указывает на их специализацию, а Военная коллегия, являющаяся вышестоящей судебной инстанцией для военных судов страны, осуществляющих судебную власть в Вооруженных Силах РФ, рассматривает в зависимости от специфики спорных правоотношений с участием военнослужащих гражданские, административные и уголовные дела.

В настоящее время в Верховном Суде нет судебной коллегии по административным делам, однако структура Судебной коллегии по гражданским делам учитывает соответствующую компетенцию судов общей юрисдикции. В ней наряду с судебными составами по гражданским делам, по трудовым и социальным делам действует и специализированный судебный состав по административным делам.

В компетенцию судов общей юрисдикции входит также рассмотрение некоторых вопросов, не относящихся непосредственно по совокупности характеризующих признаков к категориям гражданских, административных или уголовных дел. В частности, Верховный Суд участвует в процедуре отрешения от должности Президента РФ, подтверждая выдвинутое против него Государственной Думой обвинение в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления заключением о наличии в действиях главы государства признаков преступления (см. комментарий к ст. 93).

Судебная коллегия по гражданским делам действует в качестве суда первой инстанции лишь по делам, отнесенным к подсудности Верховного Суда федеральным законом. В частности, в таком качестве она рассматривает дела об оспаривании нормативных и ненормативных актов Президента и Правительства РФ, нормативных актов федеральных органов государственной власти, об оспаривании постановлений о приостановлении или прекращении полномочий судей либо о прекращении их отставки, о приостановлении деятельности или ликвидации политических партий, об оспаривании решений ЦИК РФ, о ее расформировании (ст. 27 ГПК).

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда рассматривает уголовные дела в качестве суда первой инстанции лишь в отношении члена Совета Федерации, депутата Государственной Думы и судьи федерального суда при наличии их ходатайства (ч. 4 ст. 31, ст. 452 УПК). При отсутствии такого волеизъявления уголовные дела в отношении указанных лиц рассматриваются по общим правилам подсудности другими судами общей юрисдикции.

Военная коллегия Верховного Суда при определении своей компетенции в качестве суда первой инстанции руководствуется теми же нормами ГПК и УПК, а также ч. 3 ст. 9 Закона о военных судах в ее взаимосвязи со ст. 7 названного Закона. Согласно установленным в них правилам она рассматривает дела об оспаривании нормативных и ненормативных актов Президента и Правительства РФ, нормативных актов федеральных органов исполнительной власти, касающихся прав и свобод и охраняемых законом интересов военнослужащих и граждан, проходящих военные сборы. Военная коллегия Верховного Суда в первой инстанции рассматривает уголовные дела о преступлениях, в совершении которых обвиняется судья военного суда, если им заявлено соответствующее ходатайство, а также дела о преступлениях особой сложности или особого общественного значения, относящиеся к подсудности военных судов, которые она вправе принять к своему производству при наличии ходатайства обвиняемого.

В соответствии с прежним законодательством решения, приговоры и определения Верховного Суда, принятые в первой инстанции, вступали в законную силу немедленно и не могли быть обжалованы в суд второй инстанции. Однако применительно к уголовному судопроизводству такое ограничение права на обжалование постановления суда первой инстанции Конституционным Судом РФ было признано не соответствующим Конституции (Постановление от 06.07.1998 N 21-П "По делу о проверке конституционности части пятой статьи 325 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина В.В. Шаглия"*(1181)). В настоящее время структура Верховного Суда предусматривает специальную Кассационную коллегию, в которую могут быть обжалованы не вступившие в законную силу постановления Судебной коллегии по гражданским делам, Судебной коллегии по уголовным делам и Военной коллегии, принятые ими в первой инстанции.

Выступая в роли суда первой инстанции, Верховный Суд непосредственно не осуществляет судебный надзор за деятельностью других судов общей юрисдикции, однако принимаемые им в таком порядке постановления имеют большое значение для обеспечения единства судебной практики, повышения эффективности правосудия в стране. Оно обусловлено тем, что другие суды часто используют сформулированные в постановлениях Верховного Суда правовые позиции в качестве образца для разрешения типовых дел. Кроме того, проверяя подзаконные нормативные акты федерального уровня на предмет соответствия закону, Верховный Суд вносит значительный вклад в упорядочение нормативной базы, используемой судами при разрешении дел, что положительно влияет на качество судебной деятельности.

Функцию судебного надзора названные коллегии Верховного Суда непосредственно исполняют, когда они действуют: в качестве суда второй инстанции, проверяя в кассационном порядке не вступившие в законную силу постановления судов областного и соответствующего им уровня в субъектах Федерации, окружных (флотских) военных судов; в качестве суда надзорной инстанции, проверяя вступившие в законную силу постановления этих и других судов общей юрисдикции. Надзорной судебной инстанцией, проверяющей правильность вступивших в законную силу постановлений всех судов общей юрисдикции, является также Президиум Верховного Суда, в состав которого (всего 13 судей) входят председатель этого суда и его заместители по должности, а также другие судьи.

Учитывает структура высшего судебного органа по делам, отнесенным к ведению судов общей юрисдикции, наличие у него конституционного полномочия по даче разъяснений по вопросам судебной практики. Соответствующая деятельность предполагает постоянную работу по изучению и обобщению судебной практики и судебной статистики. С учетом своей специализации ее выполняют все судебные коллегии Верховного Суда.

Важную роль на этом направлении играет Пленум ВС РФ, который действует в составе председателя этого суда, его заместителей и всех остальных судей Верховного Суда РФ. Не разрешая конкретных дел, Пленум рассматривает материалы изучения и обобщения судебной практики и с учетом этого дает разъяснения по вопросам применения законодательства в судебной практике, которые оформляются его постановлением. Иногда по вопросам, возникающим одновременно в судах общей юрисдикции и арбитражных судах, практикуется принятие совместных постановлений с Пленумом ВАС РФ. Примером такой совместной работы является постановление Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Значение разъяснений, содержащихся в постановлениях Пленума ВС РФ, для обеспечения правильного применения судами законодательства, единства судебной практики на территории всей страны, повышения эффективности судебной защиты прав очень велико. Принятию таких постановлений всегда предшествует большая аналитическая работа, к обсуждению их проектов привлекаются не только судьи, но и представители других юридических профессий, ученые-правоведы. Принимаются они как по вопросам применения законодательства при рассмотрении отдельных категорий дел, так и по самым общим вопросам судебной практики. К числу первых относятся, например, постановления от 20.04.2006 N 8 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел об установлении усыновления (удочерения) детей", от 26.04.2007 N 14 "О практике рассмотрения судами уголовных дел о нарушении авторских, смежных, изобретательских и патентных прав, а также о незаконном использовании товарного знака". Примером постановлений самого общего характера являются постановления от 31.10.1995 N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" и от 10.10.2003 N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации".

Вопрос о правовой природе постановления Пленума ВС РФ, как часть общей дискуссии о соотношении судебной практики с правотворчеством, остается спорным на протяжении длительного времени. Ведущиеся в литературе споры по этой проблеме значительно оживились после принятия Конституции 1993 г., причем все большее число правоведов на основе объективной оценки признаков, присущих постановлениям Пленума ВС РФ, склоняются к тому, что они являются источником права, поскольку: "а) приняты уполномоченным на то органом Российского государства; б) содержат именно нормы права, выраженные в абстрактной форме, адресованные неограниченному числу лиц, подпадающих под их действие; в) рассчитаны на многократное применение". Указывается и на такой признак постановлений Пленума ВС РФ, как соблюдение требования об обязательности их официального опубликования*(1182).

Вместе с тем значительное число участников продолжающейся до настоящего времени дискуссии, получив в качестве дополнительного аргумента тезис о разделении властей в связи с конституционным закреплением соответствующего принципа, отстаивают официальную доктрину, господствовавшую в теории права до последнего времени, согласно которой судебная практика, в том числе нашедшая выражение в постановлениях Пленума ВС РФ, представляет собой не правотворческую, а лишь правоприменительную (правотолковательную) деятельность*(1183). "Никакие судебные акты, включая Постановления Пленума Верховного Суда РФ, не являются нормативными правовыми актами. Суд - носитель государственной власти, компетенция которого состоит в применении права, а не в создании правовых норм"*(1184). Соответственно, по этой логике акты органов судебной власти не могут претендовать на роль формально-юридических источников права.

Некоторые авторы утверждают, что в постановлениях Пленумов высшие суды страны лишь доводят до нижестоящих судов выявленную ими волю законодателя, а последние вправе не воспользоваться соответствующими указаниями, поскольку они носят рекомендательный характер и не являются для них обязательными. Если они и исполняются судами, то лишь в силу их интерпретационного авторитета, поскольку исходят от наиболее компетентного и авторитетного органа*(1185). Однако точка зрения о необязательности постановлений Пленумов ВС РФ вступает в явное противоречие с законодательством и судебной практикой.

Сформулированные в постановлениях Пленума ВС РФ правоположения (правовые позиции) применяются судами не только в силу авторитета этого высшего судебного органа страны, но и потому, что в соответствии с комментируемой статьей он наделен полномочиями по осуществлению судебного надзора за деятельностью ниже стоящих судов и даче разъяснений по вопросам судебной практики. Данные конституционные правомочия порождают обязанность всех других судов следовать этим разъяснениям, иное бы просто лишало смысла соответствующие положения Конституции. Этот тезис подтверждается и иными нормами законодательства.

Так, в Законе РСФСР "О судоустройстве РСФСР" (ст. 58) разъяснения Пленума ВС РФ по вопросам применения законодательства названы руководящими для судов, что подразумевает их обязательность при разрешении судом конкретного дела. В качестве обязательных они рассматриваются и в судебной практике, их игнорирование обычно приводит к пересмотру соответствующего судебного акта вышестоящим судом. Аналогичное значение разъяснениям по вопросам судебной практики высшего судебного органа страны, но содержащееся в постановлениях Пленума ВАС РФ, придается и в судопроизводстве, осуществляемом арбитражными судами. При этом Закон об арбитражных судах прямо указывает на обязательность для арбитражных судов постановлений Пленума ВАС РФ, в том числе и по вопросам разъяснения судебной практики (ст. 13). Ссылки на них согласно ч. 4 ст. 170 АПК РФ могут содержаться в мотивировочной части судебного решения. Совершенно очевидно, что значение постановлений Пленумов двух высших судебных органов страны для практики возглавляемых ими судов должно быть одинаковым, поскольку оба они по отношению к соответствующим судам наделены одинаковыми конституционными полномочиями по осуществлению судебного надзора и даче разъяснений по вопросам судебной практики.

Обязательность для судов постановлений Пленума ВС РФ не противоречит принципам независимости и самостоятельности судей при осуществлении ими правосудия. При рассмотрении и разрешении судебных дел они обязаны применять нормативные положения правильно, обеспечивая равную защиту прав и свобод на территории всей страны. На достижение этих целей и направлены названные конституционные полномочия высших судебных органов страны. Независимость и самостоятельность судебной власти не предполагает, что судьи при осуществлении правосудия могут полагаться лишь на свое усмотрение, напротив, они должны прежде всего действовать адекватно выявленной воле законодателя, которая находит выражение в федеральных законах и основанных на них подзаконных актах. На подчинение судей при осуществлении правосудия по гражданским делам Конституции и федеральному закону прямо указывается в ст. 120 Конституции.

Однако для следования предписаниям закона в судебной правоприменительной деятельности недостаточно самого факта существования законодательной нормы, регулирующей соответствующие отношения. Необходимо также, чтобы судья правильно ее истолковал, т.е. уяснил действительный смысл содержания применяемой нормы. Причем сам процесс толкования настолько сложен, что нередко выявленный по его итогам действительный смысл содержания правовой нормы не совпадает с ее буквальным смыслом. Не случайно на Конституционный Суд при принятии решения по делу о проверке конституционности нормативного акта возлагается обязанность оценивать как буквальный смысл рассматриваемого акта, так и смысл, придаваемый ему официальным и иным толкованием или сложившейся правоприменительной практикой, а также исходя из его места в системе правовых актов (ст. 74 Закона о Конституционном Суде РФ). К этому следует добавить наличие пробелов в законодательном регулировании, дефектность некоторых законов, что не освобождает суд от обязанности правильно рассмотреть и разрешить конкретное дело, т.е. в соответствии с требованиями права.

Верховный Суд РФ в постановлениях Пленумов в соответствии со своими конституционными полномочиями дает разъяснение по вопросам судебной практики, т.е. осуществляет официальное толкование нормативных актов, применяемых судами при осуществлении правосудия. Цель такого толкования состоит в обеспечении точного и единообразного понимания и одинакового применения норм права при рассмотрении и разрешении судебных дел всеми судами общей юрисдикции. Очень часто в результате такого толкования формулируются правоположения (правовые позиции), которые содержат нормы, отсутствующие в самом законе. Игнорирование правоположений, сформулированных в постановлениях Пленума ВС РФ, порождает санкции, которые выражаются в неблагоприятных последствиях для нарушителей.

К примеру, в п. 4 постановления Пленума ВС РФ от 20.11.2003 N 17 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел по трудовым спорам с участием акционерных обществ, иных хозяйственных товариществ и обществ" сформулировано положение о недопустимости в качестве меры по обеспечению иска при рассмотрении названных дел приостанавливать действие оспариваемого решения об освобождении истца от работы и возлагать на ответчика и иных лиц обязанность не чинить препятствий истцу в исполнении своих прежних обязанностей. Сам способ изложения приведенного пункта показывает, что речь в нем идет не о рекомендациях, а о специальных императивных правилах процессуального поведения в соответствующей типовой ситуации, причем не только для судов, но и для всех иных субъектов судопроизводства. Если кем-либо из ординарных участников процесса по таким делам будет заявлено ходатайство о принятии соответствующих обеспечительных мер, суд обязан оставить это заявление без удовлетворения. В случае же его удовлетворения определение суда об обеспечении иска будет отменено вышестоящим судом как незаконное. То обстоятельство, что данные специальные нормы, отсутствующие в законе, появились в результате толкования (интерпретации) ряда законодательных норм процессуального и материального характера, не отменяет их относительно самостоятельной роли в механизме правового регулирования.

Следует заметить, что позиция некоторых авторов, зарекомендовавших себя как противников идеи правотворческих функций судебных органов, не остается неизменной. К примеру, С.К. Загайнова, мнение которой о рекомендательном характере постановлений Пленума ВС РФ приведено, поскольку является в литературе одним из наиболее аргументированных и нашедших немало сторонников, в последующем значительно скорректировала свою позицию. По существу, она отказалась от тезиса об их необязательности, поскольку с оговорками, но признает за судебной практикой высших судебных инстанций роль источника права*(1186). Такое изменение позиции продиктовано объективной реальностью, поскольку усиление правотворческих функций судебной практики характерно не только для России, оно наблюдается во всех странах романо-германской правовой семьи*(1187).

Создавая новые нормы права, Верховный Суд РФ действует не как законодатель, а в рамках осуществления судебной власти, опираясь на действующие законодательные нормы. По сути, его деятельность является правоприменительной, подзаконной, однако при ее осуществлении он сталкивается с пробелами в законодательном регулировании и с такими законодательными актами, которые не вписываются в действующую нормативную систему в связи с их дефектностью. В результате применительно к той или иной категории судебных дел обнаруживается разрыв в действующей системе права, нарушающий общую упорядоченность определенной группы общественных отношений. Посредством введения в механизм правового регулирования соответствующих правоположений Верховный Суд РФ восстанавливает нарушенную нормативную связь, при этом он обязан действовать строго в рамках права, основу которого составляют законодательные нормы в их иерархической взаимосвязи, предполагающей верховенство закона и высшую юридическую силу Конституции. Такая деятельность не противоречит принципу разделения властей, как не противоречит ему и деятельность органов исполнительной власти по принятию подзаконных нормативных актов*(1188).

При осуществлении правосудия судьи независимы и подчиняются только Конституции и федеральному закону, однако при этом они обязаны применять соответствующие нормы правильно, обеспечивая равную защиту прав и свобод на территории всей страны. На достижение этих целей и направлены названные конституционные полномочия Верховного Суда.

Постановления Пленума ВС РФ в обязательном порядке публикуются в издаваемом им Бюллетене Верховного Суда. Учитывая их большое значение для обеспечения правильного применения законодательства и единства судебной практики, для повышения эффективности судопроизводства, соответствующая публикация осуществляется также в "Российской газете".

Президиум ВС РФ, являясь судебным органом по рассмотрению дел в порядке надзора и по вновь открывшимся обстоятельствам, так же как и Пленум, вносит значительный вклад в выполнение полномочия по даче разъяснений по вопросам судебной практики. Для этого он рассматривает материалы изучения и обобщения судебной практики, принимает решения о формах доведения до сведения судов результатов соответствующих обобщений. Они могут оформляться в виде обзоров, ответов на вопросы судов, которые публикуются в Бюллетене Верховного Суда и ежеквартальном обзоре законодательства и судебной практики.

В целях разъяснения судебной практики в этих же печатных изданиях публикуются постановления Верховного Суда по типовым делам, разрешение которых вызывает трудности у судов. Часто для публикации берутся и постановления судов областного и соответствующего им уровня в субъекте Федерации, если они представляют интерес с точки зрения обеспечения единства судебной практики.